Serin Su. Информационно - аналитический вестник.

Главная | Мой профиль | Выход   Добро пожаловать Гость
Сайт о сайтах
Форма входа
Меню сайта
Категории раздела
Научные статьи об истории и культуре гагаузов [45]
Гагаузские сказки [0]
Рекламный блок
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Гагаузоведение
Федор Ангели. Гагаузская автономия. Люди и факты (1989-2005 гг.) Часть III
М.В. Маруневич. История гагаузского народа. Курс лекций. История предков гагаузов и других тюркских народов
М.В. Маруневич. История гагаузского народа. Курс лекций. Введение
Федор Ангели. Гагаузская автономия. Люди и факты (1989-2005 гг.) Часть II
Федор Ангели. Гагаузская автономия. Люди и факты (1989-2005 гг.) Часть I.
Новаков С.З. К истории развития шелководства в селениях болгар и гагаузов в южной бессарабии в конце IXI – начале XX в.
Банкова Е.С. Общее и особенное в детской одежде болгар и гагаузов Молдовы
Банкова Е. Погребальные обычаи у болгар и гагаузов Молдовы: общее и особенное
Булгар С. Гагаузские просветители, писатели, ученые XIX - начала XX века и роль русского языка в духовном развитии гагаузов
Л. Чимпоеш. Гагаузский язык – исторические и современные аспекты развития
Market

Главная » Статьи » Научные статьи об истории и культуре гагаузов

Квилинкова Е.Н. Обычай наследования у гагаузов
Институт наследования возник в глубокой древности. Основой для  возникновения и развития права наследования являлись, в первую очередь, отношения между людьми устанавливающиеся в процессе производства материальных благ. С древности вплоть до Нового времени  порядок наследования регулировался не законом, а обычным правом.

Следует отметить, что терминология, относящаяся к области наследования, у гагаузов не развита. Например, для обозначения понятия «наследство» у гагаузов Молдовы использовали термин – варлык (Беш.), аверя (Дж.) – в значении ‘имущество’, ‘состояние’, ‘богатство’, зенгенник (Дж.) – в значении ‘богатство’, ‘добро’, йуртлук (Дж.) – в значении ‘усадьба’, ‘дом с надворными постройками’. Понятие «завещание» – башламак происходит от глагола башламаа и обозначает ‘обещать’. Понятие «наследник» передавалось целым выражением «мюлкю калмыш оолуна» (букв. имущество осталось сыну),  «сааби олэрсын топрайа» (букв. становишься хозяином земли – Болг.) 1. Таким образом, понятие «наследство» связано в первую очередь с имуществом и землей.

У земледельческих народов основным богатством являлась земля. Преимущественное право наследования было за мужчиной. Дочь не могла претендовать на наследство, в том числе наследовать землю, если у нее были братья. Такой порядок наследования, когда дочь фактически отстранялась от наследства,  сохранялся у гагаузов Бессарабии вплоть до первой половины ХХ  века.

Аналогичные традиции существовали у волохов, у восточнославянских и югославянских народов и др. 2. Данное совпадение правовых норм у разных народов, вероятно, можно рассматривать как «свидетельство типологического свойства, предопределенного социальными, экономическими, географическими и прочими условиями»3.

У гагаузов, как и у других восточно-европейских народов, при наследовании соблюдался принцип минората, т.е. согласно обычному праву дом и все хозяйство родителей, включающее землю, наследовал младший сын. У западноевропейских народов имел место принцип майората, т.е. наследовал старший сын.

Вопросы раздела и наследования имущества четко оговаривались в Уставе о колониях иностранцев в Империи от 1857 г.: «Относительно наследства и раздела имуществ колонисты руководствуются … следующими положениями того же устава (ст. 170). В участках земель отведенных от казны, наследует вообще меньший сын, и только в случае неспособности его отец может назначить другого наследника из старших сыновей своих или из родственников 4.

На основании полевых материалов, собранных нами в результате исследования, видно, что принцип минората у гагаузов не всегда соблюдался 5. По желанию отца (или обоих родителей) наследником отцовского дома и надела мог стать старший или средний сын. В результате совместного проживания в течение нескольких лет с женатыми сыновьями, отец мог сделать свой выбор в пользу того или иного сына. При этом младшего сына с семьей выселяли в новопостроенный дом. Изменение неписаного правила являлось одной из форм наказания сына и невестки за строптивость по отношению к родителям и за их неуживчивость, так как доля, получаемая сыном при отделении, была значительно меньше отцовского наследства. Кроме того, устройство на новом месте требовало больших усилий и материальных затрат.

Сыновья находились в большей экономической зависимости от родителей, чем дочери, так как, согласно обычному праву, сыновья наследовали своему отцу. Обычно отец  делил землю поровну между всеми сыновьями. Одну долю родители оставляли за собой для собственного пропитания. Их доля доставалась младшему сыну, который должен был ухаживать за родителями на старости лет. Если у семейной пары не было собственных детей, то дом доставался обычно племяннику или племяннице, которые после женитьбы селились в доме дяди или тети и ухаживали за ними до самой смерти. Нередко их усыновляли.

Иногда принцип равенства в наделении сыновей землей не  соблюдался. Это могло произойти, например, если отцовский надел был слишком мал. В этом случае основная часть земли доставалась младшему сыну, а другие сыновья получали только участок под строительство дома и символическую часть земли (с. Бешалма).

Нередко размер земли, которым отец наделял сыновей, зависел также от того, в какой степени удачный брак у сына (в экономическом смысле). Если сын женился на девушке, у которой в приданом был надел земли, то со своей стороны отец давал сыну меньше земли, чтобы поддержать экономическую эффективность хозяйств других сыновей. Размер надела также зависел иногда от состава семьи сына, т.е. при отсутствии детей количество наследства выделяемого отцом бездетному сыну также уменьшалось.

Неравный раздел наследства между сыновьями создавал серьезную напряженность в отношениях между ними. Жители с. Гайдар до сих пор из поколения в поколение передают реальную историю (с указанием конкретных людей и их потомков) о трагедии, произошедшей в 30-е годы XX в. в семье одного из богатых односельчан 6. Поводом к братоубийству послужил тот факт, что отец существенно обделил наследством своего бездетного сына, который к тому же не отличался большой нравственностью. Посчитав такое решение отца несправедливостью по отношению к себе, сын украл из отцовского дома  волов с целью их продажи на рынке. Эта история имеет печальный конец: отец и братья связали его и избили до смерти.

Отец обладал также правом лишения непослушного сына земельного надела, но зачастую этим правом не пользовался. Обычно такому сыну также выделялся надел земли, но после этого он должен был сразу же покинуть дом родителей. При этом ему не оказывали помощи при строительстве дома. Иногда он вынужден был использовать место под строительство дома на краю села, где устанавливал для своей семьи временное жилище, напоминающее шалаш (бордей). Это своего рода способ изгнания из семьи, который служил одновременно методом воспитания молодежи и средством воздействия на нее.

К крайней мере, т.е. к изгнанию сына из дома без земельного надела, отец прибегал только в редких случаях. При возникновении конфликта между отцом и сыном роль негласного арбитра играла сельская община, которая формировала общественное мнение исходя из норм обычного права. Она была заинтересована в том, чтобы каждая вновь образованная семья имела свой земельный надел. Таким образом, основной целью общины было сохранение каждой семьи в качестве функционирующего (платежеспособного) крестьянского хозяйства, способного вносить свою долю налога, возложенного на общину. 

Кроме того, размер надела земли, количество скота и пр., которым наделяли новую семью, оговаривалось родителями жениха на свадьбе при односельчанах при входе молодоженов в дом. Данная форма представляла собой устный договор. Поэтому, несмотря на возникавшие трения между родителями, с одной стороны, и сыном и невесткой, с другой стороны, родители обязаны были выполнить свое обещание. Высказанное ими однажды решение приобретало «силу закона», который они не могли нарушить.

В результате происходящих социально-экономических изменений преимущественное право наследования мужчин начало постепенно отмирать. У молдаван, например, согласно сведениям молдавского историка А. Галбена, этот процесс имел место, начиная со второй половины XIV века 7. У гагаузов вплоть до начала ХХ века (в некоторых селах – до середины ХХ века) сохранялось неравенство полов в наследовании, которое являлось нормой обычного права. Земля и другое недвижимое имущество передавалось по наследству по мужской линии. При наличии сыновей – дочерей, как правило, землей не наделяли.

Отстранение женщин от наследования повсеместно сохранялось в России до конца XVIII – начала XIX в. По обычному праву, лица женского пола как «нетяглые члены общины» помимо приданого не могли претендовать на долю имущества, оставшегося после смерти их ближайших родственников. В начале XIX в. происходил процесс постепенного отмирания преимущественного права наследования мужчин в российских деревнях. По мнению российского ученого В.А. Александрова, он связан с деятельностью отходников, под влиянием которых в сельскую среду стали проникать нормы законодательного (гражданского) права, согласно которым женщина также обладала правом фиксированного наследования 8.

Право предпочтительного наследования земли только по мужской линии, являлось также нормой обычного права болгар. Оно признавалось и турецким законодательством, хотя официальный закон Османской империи предоставлял право наследования земли и женщинам. В случае отсутствия прямых родственников земля, по обычаю, могла перейти к более дальним родственникам, а затем к соседям 9. Таким образом, на Баланах и позже после переселения в Бессарабию у гагаузов продолжало сохраняться право наследования земли преимущественно по мужской линии.

На территории Бессарабии с середины XIX в. женщина получила право на фиксированную долю наследства, оставшуюся после смерти ближайших родственников. Согласно положениям Устава о колониях иностранцев в Империи, в случае смерти главы семьи без завещания, его супруга и дочери  получали фиксированную долю в наследстве только от движимого имущества: «оставшееся после него движимое имущество делится на следующем основании: вдове умершего дается из оного четвертая часть, такую же часть получают все дочери вместе, а остальные делятся по равным частям между сыновьями» 10.

Земельный надел наследовался сыновьями или другими близкими родственниками мужского пола: «Когда отец не успеет учинить сего при жизни, то за совершенною неспособностью законного наследника, местное начальство отдает участок тем из ближних родственников, которые не имеют собственных участков, или, при равенстве прав нескольких человек, располагает оным по жребию» 11.

Согласно сведениям информаторов, относящихся к первой половине ХХ века, при разделе имущества  жена умершего главы семьи получала также 1/3 часть наследства 12, т.е. имела определенные гарантии своего материального обеспечения. Если же она повторно выходила замуж, то землю и имущество делила между своими сыновьями.

Согласно обычному праву гагаузов, при отсутствии совместно нажитых детей после смерти мужа жена не могла наследовать дом, если она не участвовала в его строительстве, а селилась в доме мужа, построенном его родителями. В этом случае законными наследниками являлись братья, а если таковых не было, то сестры мужа. Если же женщина прожила со своим мужем определенное количество лет в доме его родителей в течение которых общими усилиями всех домочадцев для них строили дом, то после смерти мужа она являлась наследницей дома (или части дома), несмотря на отсутствие совместно нажитых детей. В этом случае принималось во внимание, что жена, будучи работником в доме мужа, внесла свой вклад в строительство дома. 

В случае смерти одного из братьев его доля переходила к сыну. На практике в разрешении вопроса о разделе земли между детьми, а также между родителями и детьми, не было строгих правил. В разных селах и даже в разных семьях он решался по-своему, в зависимости от конкретных условий. Отец при желании мог лишить сына наследства и сын не имел морального права судиться с отцом, так как это была воля родителей, которой подчинялись беспрекословно. Но в случае если отец обделил сына и завещал все наследство внуку, то сын мог с ним судиться, так как при живом сыне отец не должен был проигнорировать его интересы и передавать все внуку. 

В процессе исторического развития институт наследования у гагаузов также испытал значительные изменения. По сообщениям информаторов, в ходе Столыпинской реформы 1906-1907 гг. общинная земля была окончательно поровну распределена между всеми ее членами с учетом населения как мужского, так и женского пола (подушный надел земли) 13. Соответственно, при замужестве дочери, родители обязаны были передать причитающуюся ей долю земли. При создании новой семьи земля мужа и жены объединялась в общее хозяйство. Последующие разделы между детьми приводили к дроблению и уменьшению земельных наделов. В результате значительного сокращения наделов принцип равенства между полами при разделе родителями земли уже не соблюдался.

Из приведенных выше материалов видно, что до конца XIX века обычай одаривания дочерей землей не был распространен у гагаузов. Кроме того, нет также каких-либо сведений подтверждающих порядок наследования, при котором дочери наследовали бы своим родителям наряду с сыновьями. Дочери наследовали своим родителям в случае, если в семье не было наследников по мужской линии.

Однако с усилением капиталистических отношений в деревне обычай наделения дочерей землей получил некоторое распространение (не во всех гагаузских селах). По сообщениям информаторов, в начале XX века зажиточные крестьяне, у которых было значительное количество земельного надела, также наделяли дочерей землей. Но при этом размер надела дочери составлял 1/3 часть от надела сына 14. Если же земли в хозяйстве было мало, то дочерей ею не наделяли. У гагаузов Болгарии, по сообщению информаторов, размер надела дочери, по отношению к которому употребляли название некяр (Кант.), в некоторых селах зестра, составлял 1/2 часть от надела сына 15.

Однако отметим, что родительским долгом являлось обеспечение ее приданым (чииз), которое включало в себя лишь постельные принадлежности, одежду и сундук. Таким образом, если приданое было у каждой невесты, то земельный надел, скот, деньги, которые обычно назвали общим термином зестря, были далеко не у каждой невесты. Невест, которые имели в приданом надел земли, нередко уводили без их согласия в дом жениха, несмотря на то, что они еще не достигли  совершеннолетия.

У гагаузов имела место и другая форма наследования земли – по женской линии. Надел земли, который получала дочь от своих родителей в качестве свадебного подарка, являлся ее собственностью. После того как дети вырастали, мать делила эту часть земли между своими дочерьми (в основном это был небольшого размера виноградный сад). Таким образом, в некоторых случаях земельный надел распределялся и наследовался по женской линии.

О различии понятий чииз и зестря у гагаузов Молдовы мы уже писали в предыдущих работах 16. Термин зестра широко распространен у молдаван и румын, а также известен у болгар и у гагаузов Болгарии. Однако имеются определенные различия в содержании этого термина. У гагаузов и болгар под ним, как правило, понималось наличие у невесты в приданом надела земли, скота или денег. У румын и молдаван термин zestre включал в себя все то, что девушка получала в приданое (то есть движимое и недвижимое имущество, драгоценности, деньги и др.) 17.

Вывод гагаузского этнографа С.С. Курогло о том, что «обязательными элементами приданого были также подаренные родителями и родственниками хозяйственный инвентарь, птица, скот, зестре» 18, является слишком расплывчатым и не полностью отражает реальную картину с приданым в гагаузском селе. Кроме того, земля не являлась «обязательным элементом приданого». Поэтому вывод ученого, что у родителей невесты требовали зестру «конкретное количество земли для молодой семьи» 19, имеет, вероятно, определенные временные рамки.

У гагаузов Болгарии этот термин имел некоторую специфику, так как его содержание дополнялось определенной психологическо-нравственной характеристикой. По сведениям информаторов, зестря представляла собой обязательную дополнительную плату к приданому невесты, если она оказывалась недевственной, то есть надел земли или определенная сумма денег являлась своего рода материальной компенсацией родителям жениха на нанесенный им моральный ущерб 20. В случае ее неуплаты невесту могли вернуть в назад дом отца. Нередко термин зестря заменялся понятием намыз тарласы / намыз топраа, которое обозначало передачу родителям мужа надела земли в качестве компенсации за недевственность их дочери 21. Исходя из содержания термина можно предположить, что у гагаузов Болгарии наделение дочерей землей в начале ХХ века также не считалось обязательным, а в некоторых случаях являлось вынужденным шагом.

В определенной степени можно говорить о том, что вопрос о праве наследования связан с взаимоотношениями между полами, с ролью и статусом женщины в обществе. Следует отметить, что обладание землею не меняло положение женщины в семье, так как она не могла самостоятельно распоряжаться не только семейной собственностью, но и своей. Земля, полученная дочерью в наследство, вливалась в общее хозяйство супругов. Однако муж лишь управлял землей, но не мог единолично распоряжаться ею без согласия жены. В случае развода или смерти мужа женщина забирала свою часть земли назад.

При разделе имущества  жена умершего главы семьи получала также 1/3 часть наследства 22, т.е. имела определенные гарантии своего материального обеспечения. Если же она повторно выходила замуж, то землю и имущество делила между своими сыновьями.

В случае смерти одного из братьев его доля переходила к сыну. На практике в разрешении вопроса о разделе земли между детьми, а также между родителями и детьми, не было строгих правил. В разных селах и даже в разных семьях он решался по-своему, в зависимости от конкретных условий. Отец при желании мог лишить сына наследства и сын не имел морального права судиться с отцом, так как это была воля родителей, которой подчинялись беспрекословно. Но в случае если отец обделил сына и завещал все наследство внуку, то сын мог с ним судиться, так как при живом сыне отец не должен был проигнорировать его интересы и передавать все внуку 23.

В заключение хотелось бы отметить, что у гагаузов нет четких терминов, для обозначения важных понятий, таких как наследство, наследование, наследник, завещание, движимое имущество, недвижимое имущество и др. Нередко использовался описательный способ для уточнения того или иного понятия; в настоящее время обычно используют термины, заимствованные из русского языка. Это свидетельствует о том, что в области наследства и наследования длительный период продолжали сохранять свою силу нормы обычного права.

Библиография

1 Полевые записи автора (далее – ПЗА), Болгария: с. Кичево. Тодоров Д. Д.

2 Пахман С.В. Обычное гражданское право в России. Т. 2. СПб., 1979. С.71; Украинский народ в прошлом и настоящем, Пг., 1916. Т. 2. С. 660; Галбен А.И. Из истории феодального права Молдовы XVIII – начало XIX в. Кишинэу, 1998. С. 156.

3 Галбен А.И. Указ. Соч. С. 156.

4 Цит. по: Державин Н.С. Болгарские колонии в России. С. 36; Св. Зак. Т. XII, Ч. 2.СПб., 1857 г.

5 Полевые записи автора, собранные в результате исследований в гагаузских селах юга Молдовы и  в гагаузских селах Северо-Восточной Болгарии в 2001-2005 гг. 

6 ПЗА, с. Гайдар (Молдова). Куру Д.И.

7 Галбен А.И. Указ. Соч. С. 133.

8 В. А. Александров. // СЭ. 1984. № 6. С. 52-53.

9 Маркова Л. В. Маркова Л.В. Сельская община у болгар в XIX в. // Славянский этнографический сборник. Труды Института этнографии им. Н. Н. Миклухо-Маклая. М., 1960. Т.LXII. С. 6-104. Изд. АН СССР. С. 34.

10 Державин Н. С. Болгарские колонии в России. Таврическая, Херсонская и Бессарабская губернии. София, 1914.С. 36.

11 Там же.

12 ПЗА, Молдова: с. Бешгёз. Руссу В. В.

13 ПЗА, с. Казаклия (Молдова). Узун И.Д.

14 ПЗА, с. Бешгёз (Молдова). Руссу В.В.

15 ПЗА, Болгария: с. Генерал Кантарджиево: Анастасова Н. С.

16 Квилинкова Е. Н. Некоторые элементы обычного права гагаузов, связанные с семейно-брачными отношениями // Закон и жизнь. 2005. № 8. С. 55-58.

17 Галбен А.И. Указ. Соч. С. 156.

18 Курогло С. С. Семейная обрядность гагаузов в XIX – начале XX вв. Кишинев, 1980. С. 57.

19 Там же, С. 47.

20 ПЗА, (Болгария): с. Болгарево – Савишева П.Д., Хаджимова Р.П.; с. Генерал Кантарджиево – Тодорова А.П., Русева К.Я., Анастасова Н.С.; с. Божурец – Кыржилова Я.Н.

21 ПЗА,  (Болгария): с.Генерал Кантарджиево. Анастасова З.А.; с.Кичево Тодоров Д.Д.

22 ПЗА, с. Бешгёз (Молдова). Руссу В.В.

23 ПЗА, с. Бешгёз (Молдова). Руссу В.В.
Категория: Научные статьи об истории и культуре гагаузов | Добавил: lord (21.04.2010)
Просмотров: 1101 | Теги: гагаузы, ультура, обычаи, история, традиции | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Поиск с Totul
Выбор языка
Поиск по сайту


Serin Su video
Новости Гагаузии
Научные публикации
Реклама
Освой Интернет
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • Инструкции для uCoz
  • Copyright MyCorp © 2017 Бесплатный конструктор сайтов - uCoz